Дню фармацевтического работника России быть!

Премьер-министр России Михаил Мишустин подписал постановление об учреждении в стране нового праздника — Дня фармацевтического работника. Он будет отмечаться ежегодно 19 мая.

«Благополучие государства во многом определяется за счет уровня здоровья населения. Одним из определяющих шагов в этой сфере является развитие фармацевтической отрасли на территории нашего государства. В настоящее время в рамках фармацевтической отрасли России ежедневно трудятся тысячи профессионалов своего дела. Именно благодаря сотрудникам этого направления население Российской Федерации имеет свободный доступ к профессиональной объективной фармацевтической помощи, включая фармакотерапию современными лекарственными препаратами, что благотворно сказывается на состоянии здоровья россиян«

Кто знает, сколько у нас в стране праздников? Стандартный ответ, который можно получить на такой вопрос: «Хотелось бы больше»! И, если с общегосударственными праздниками все ясно и понятно, знаем когда и как отмечать, то количество отраслевых дней «дней» поражает воображение. А между тем, профессиональный праздник, это не просто повод выпить чашку чая с коллегами после работы. Это день, единения представителей одной специальности. Это предмет их особой гордости за свою профессию. Более того, этот день, окунаясь в глубь истории и проходя через разные эпохи, связывает целые поколения мастеров своего дела. В сети интернет можно обнаружить полный перечень профессиональных праздников. День работников ЖКХ и День геолога, День химика и День мелиоратора, День изобретателя и рационализатора, День поэзии и День театра, День танкиста и День работников леса, и куча всяких других дней. Ассортимент медицинских праздников тоже не страдает от отсутствия оригинальности и однообразия. Есть День повитухи и День стоматолога, Всемирный день медицинских сестер и День травматолога, День логопеда и даже День сурдопереводчика. Перечислять профессиональные праздники можно бесконечно. Однако, наша профессия фармацевтического работника, имеющая глубочайшую историю и находящаяся на переднем крае защиты и сохранения здоровья граждан, оказалась незаслуженно забытой и долгое время не имела своего профессионального праздника. Это досадное недоразумение в ближайшее время будет исправлено. Уже опубликовано постановление Правительства РФ, в котором предлагается установить дату 19 мая профессиональным Днем фармацевтического работника.

Почему была выбрана дата 19 мая? Чтобы детально разобраться с предпосылками выбора этого дня, необходимо окунуться в историю становления аптечного дела на Руси.

Первое упоминание об аптекаре в российских документах относится к 30-м годам XVI в. Еще в 1534 г., стремясь преодолеть вековую отсталость страны, русское правительство послало своего агента Ганса Шлитте с поручением пригласить на царскую службу большую группу специалистов, в т.ч. четырех врачей и четырех фармацевтов. Миссия Шлитте натолкнулась на недоброжелательное отношение со стороны соседей России, опасавшихся ее культурного и экономического возрождения. Несмотря на чинимые препятствия, некоторой части приглашенных специалистов удалось все-таки перебраться через границу и прибыть в Москву. Неизвестно, были ли среди них врачи и фармацевты, как предусматривалось в инструкции, но уже через шесть лет после упомянутого события в Никоновской летописи за 1533 г. упоминается аптекарь Матиас («Матюшка-аптекарь»). Известный историк фармации П.Шпер считает запись в Никоновской летописи первым упоминанием о специалисте-фармацевте в Московском государстве. Вторым придворным аптекарем, имя которого сохранилось в исторических документах, является Арент Клаузенд, служивший до этого времени сорок лет в великокняжеской аптеке Аптекарь Клаузенд упоминается также в книге «О смутном в России времени» как один из уважаемых в Москве иностранцев начала XVII столетия, много лет отдавший царской службе. Арент Клаузенд умер в 1620 г., а один из его сыновей служил в это время придворным аптекарем. Запас медикаментов во дворце хранился в особом помещении, которое называлось не аптекой, а казенкой. Пополнялся он за счет поставок из-за рубежа лекарственных средств, как правило, уже в готовом виде. Поэтому аптекарю не приходилось подвергать их технологическим операциям, требовавшим более или менее сложного оборудования. Помещение состояло из стола, нескольких ступок и шкафов для посуды и сосудов с лекарственными средствами. Это невзрачное помещение никак не гармонировало с пышной роскошью царского дворца и, по-видимому, данное обстоятельство послужило причиной обращения Ивана Грозного к английской королеве за помощью в создании современной дворцовой медицинской службы и достойной придворного статуса аптеки.В ответ на просьбу русского царя королева прислала в Россию своего лейб-медика Роберта Якоби с группой медиков и фармацевтов, из которых история сохранила только имя аптекаря Джеймса Френчема. Именно с помощью английских фармацевтов и была открыта дворцовая аптека, поражавшая современников своим великолепием. Это событие произошло, 19 мая 1581 г. Указанная дата может считаться началом аптечного дела в России.

Первая царская аптека помещалась в кремлевских палатах напротив Чудова монастыря. Своей роскошью и великолепием она поражала даже иностранцев, повидавших лучшие европейские аптеки. Известный путешественник Шлейзвинг, посетивший Москву во второй половине ХVII столетия, писал по этому поводу следующее: «Там я видел стеклянные сосуды из лучшего хрусталя, прекрасно отполированные и украшенные резьбой, серебряные витрины и много позолоченных инструментов, банки и другие необходимые аптечные принадлежности из лучшего серебра и золота. При этом все расположено в образцовом порядке, так что я, не задумываясь, могу сказать, что нигде не приходилось видеть подобных аптек, хотя, скажу без преувеличения, я изъездил почти все страны».
Царская аптека на протяжении многих лет снабжала лекарствами только царя и его семью, в редких случаях лекарства отпускались по письменному ходатайству видным боярам. Иностранное слово аптека не сразу прижилось при дворе. Некоторое время ее продолжали называть по-старому — казенкой.

Первая аптека в России долгое время оставалась и единственной. Рядовые граждане и даже представители боярства вынуждены были приобретать лекарства у знахарей, на рынках, в зелейных лавках и зеленных рядах. Такая внеаптечная, бесконтрольная торговля лекарственными средствами сопровождалась многочисленными случаями отравлений — умышленными и неумышленными. Только через девяносто лет после открытия царской аптеки в правительственных кругах, наконец, созрело мнение о необходимости открытия аптеки для населения Москвы. К этому времени при Аптекарском приказе был создан необходимый запас медикаментов, для хранения которого устраиваются два больших склада.
Через два года после завершения строительства последнего из них, в марте 1672 г. вышел царский указ, в котором было сказано: «…на новом гостинном дворе — где Приказ Большого Приходу, очистить палаты, а в тех палатах указал великий Государь построить аптеку для продажи всяких лекарств всяких чинов людям по указной книге», т.е. по твердо фиксированной таксе.

Новая аптека (она так и называлась официально для отличия от царской аптеки, которую в дальнейшем будут называть Старой) возникла в многолюдной части Москвы, на Ильинке, в непосредственной близости от Красной площади. В августе 1672 г. ее строительство в основном было закончено. В январе Ягану Гутменшу, назначенному управляющим Новой аптекой, дается распоряжение переписать все аптекарские товары, а 18 февраля 1673 г. Гутменш получил памятную записку о том, что вышел указ об открытии Новой аптеки: «В нынешнем во 181-м году февраля в 18 день Великий Государь Царь… указал в Новой аптеке на гостинном дворе продавать водки и спирты и всякие лекарства всяких чинов людям и записывать в книги, а деньги иметь по цене против указной книги…». По традиции, а также по причине более низких цен, население Москвы после открытия Новой аптеки продолжало приобретать лекарства нa рынках. В Новой аптеке все чаще стали отмечаться случаи хищения медикаментов и продажи их владельцам москательных и зелейных лавок. Это обстоятельство вызвало указ от 28 февраля 1673 г., который гласил: «…велено учинить приказ крепкий, чтобы в рядах москательном и в овощном и в зелейных тех рядов торговые люди аптекарских лекарств, которые продаются из Старой и Новой аптеки, что на Новом гостинном дворе, в лавках не держали и не продавали… чтоб от того людям никакого повреждения и в продаже в Новой аптеке великого Государя казне порухи не было».

Выполнение этого указа не было должным образом проконтролировано, и через некоторое время внеаптечная торговля в Москве вновь возобновилась. Вторично она была запрещена Петром I в начале ХVIII века после неприятного случая с отравлением боярина Салтыкова. В 1701 году был издан целый ряд указов, которые по выражению историков, «смыли пятна варварства с русского народа». Указы были простыми и доходчивыми. Указом от 27 октября 1701 года Петр I решил судьбу лавок в «зелейном ряду, которым приказано отныне «не быть», самим же торговцам велено покинуть лавки». А через месяц последовал новый указ об открытии в Москве восьми вольных аптек.
«1701 год. Ноябрь 22. Указ о постройке в Москве вновь восьми аптек… о ведании новых аптек Посольскому приказу и о небытии зелейных лавок. Построить те аптеки в Китае, и в Белом, и в Земляном городах, на больших проезжих и пространных и многолюдных улицах без всякого утеснения». Таким образом, Петр I велел планомерно распределить восемь аптек по разным наиболее многолюдным частям Москвы.
Открытие всех восьми аптек произошло не одновременно, а на протяжении нескольких лет. Каждый аптекарь на устройство аптеки должен был получить царскую грамоту. Грамоты аптекарям изготовлялись с особой тщательностью и роскошью в Посольском Приказе. А поскольку дело новое, государственное, то для большей значимости текст был писан вычурным шрифтом и не отличался легкостью слога, что, впрочем, скрашивалось красивым обрамлением в акварельных травах и цветках. Не мешкая, в ноябре того же 1701 года была выдана первая привилегированная грамота. Ее обладателем стал алхимист Аптекарского приказа Иоганн Готфрид Грегори. «… Для построения в Ново немецкой слободе аптеки и о продаже в оной всяких лекарств… однако ж, принужден он объявить и сие, чтоб кроме него в этой слободе иным никому вновь аптек не заводить, и из домов своих никому никаких лекарств тайно и явно не продавать»… По указу царя, вновь испеченному обладателю грамоты алхимисту Грегори был предоставлен вместительный дом, который Аптекарский приказ приобрел у братьев Ильи и Дениса Болсов.
Второй грамотой был жалован Даниил Гурчин » …велено ему для народной пользы … в граде Москве иметь аптеку…» Аптека была выстроена Гурчиным на собственные средства, но на выделенной ему земле «из Стрелецких мест за Никольскими воротами в Белом городе, на большой мостовой (т.е. мощеной бревнами) Мясницкой улице». Устав тоже предельно прост: «Держать всякие потребные лекарства для скорбящих и в болезни сущих. Целительные спирты и водки и иные лекарственные вещи, покупать ему за морем за свои деньги… И то все продавать… ценою мерною…»
Потом были выданы грамоты «с цветочным орнаментом» «иноземцу цесарской земли» Гавриилу Саульсу, изучавшему аптечное дело в Голландии. Он открыл аптеку в 1703 г у Покровских ворот. Четвертой грамотой был обласкан Михаил Арникель, открывший аптеку за Варварскими воротами. Пятая грамота досталась Алексею Меркулову в 1709 году, и ей москвичи обязаны новой аптекой на Пречистенке. Шестая — Аврааму Руту, который в 1712 году открыл аптеку за старым Каменным мостом. Седьмая, также в 1712 году была открыта Гавриилом Бышевским на Варварке. И, наконец, восьмая аптека была открыта Альбертом Цандером в 1713 году на Сретенской улице. На все восемь аптек ушло без малого двенадцать лет.
Каковы они были, первые частные московские аптеки, сведений почти нет. Известно, что царские аптеки щеголяли роскошью обстановки. Современники говорили о богатой посуде и дорогой мебели.

Долгое время аптека считалось уделом иностранцев. Но, каким же был первый русский московский аптекарь? О первом русском аптекаре Данииле Гурчине сведений крайне мало. Был ли он доктором так и неясно, поскольку после открытия аптеки он именовал себя исключительно «аптекарем Его Царского Величества»
Аптека Даниила Гурчина не долго была под началом «аккуратного и терпеливого» русского. В 1764 году ее приобрел Тобиас Майер, спустя год ее владельцем стал Иоахим Май, затем ее купили Готлиб Гильдебрант и Андрей Линдграф.  В 1832 году аптека перешла во владение Карла Ивановича Феррейна — основателя знаменитой династии московских аптекарей. Но это уже совсем другая история.

Очень важно, что труд провизоров и фармацевтов, в очередной раз доказавших свою готовность работать в сложнейших пандемических условиях, нашел свое отражение в государственном признании и внимании к профессии. Дню фармацевтического работника – быть!

Директор по маркетингу ЗАО "ПрофитМед"

Start typing and press Enter to search